Мы уже не вместе, Костя

Мы уже не вместе, Костя | «Россия для всех»
05.02.2017

Открытое письмо художественному руководителю и автору песен группы «Алиса» Константину Кинчеву.

Здравствуй, Костя.

Я действительно хочу, чтобы ты здравствовал. Говорят, что в России нужно жить долго. Чтобы успеть всё понять. Мне кажется, ты ещё недостаточно долго жил. Я хочу, чтобы ты жил как можно дольше, потому что тебе надо ещё кое-что переосмыслить.

Прости меня, что обращаюсь к тебе на «ты» и по имени — «Костя». Это не из-за неуважения, боже упаси! Это просто в знак памяти о тех временах, когда мы были молодыми. Ты был молодой, я был молодой, мы все были молоды. Мы играли и слушали рок-н-ролл и ты был для нас кумиром, образцом, героем. И мы были на «ты», даже не зная друг друга лично, и ты сам говорил, что «мы вместе».

Помню как в ленинградской многоэтажке на дне рожденья у однокурсника я впервые слушал твою пластинку «Энергия». Я внимал почти не дыша. Мне казалось: это всё моё, про меня, для меня. Я же не знал тогда, что твоё творчество предназначено только для расово чистых славян.

А сегодня я ехал в машине по семейным делам и авторадио опять передавало твою знаменитую песню «Небо славян». Раньше я всё время молчал. Но мне надоело молчать. Я 44 года живу среди расизма, нацизма и ксенофобии. И мне надоело молчать и делать вид, что так оно и должно быть, как вся страна делает вид, что это нормально. Это ненормально. И я решил, что теперь никогда не буду молчать.

Давай поговорим с тобой, Костя, о твоей песне. Не стесняйся. Ты можешь быть со мной откровенным. Я не хочу тебе зла. Считай, что я доктор. Доктор твоего тела. Если ты понимаешь, о чём я.

Ты поёшь: «Нас точит семя орды». Тут надо определиться. Какой именно орды тебя точит семя, Костя? Большой Орды? Золотой Орды? Белой Орды? Или, может, Синей? Здесь важна точность, Костя. Когда империя Чингисхана распалась на улусы или орды, то ведь у каждой орды была своя династия и своя история. А потом орды все кончились. Нету сейчас никакой орды, Костя, ни Большой, ни Золотой, ни Белой. Нет Византии, нет державы Германариха, Речи Посполитой нет и орды тоже никакой совсем не осталось. Может, у тебя фантомные боли, Костя?

Или какие-то нынешние или недавние наследники орды тебя точат? Может, монголы? Из Монгольской Народной Республики? Может они — враги? А ты знаешь, Костя, что монголы помнят о том, что мы жили в одном государстве когда-то, но по этой причине считают Россию не историческим врагом, а историческим другом и братом? Только ты считаешь монголов врагами, Костя. Они считают тебя братом. Знаешь ли ты, Костя, что в Великую Отечественную Войну после стран Запада вторым нашим поставщиком по ленд-лизу была Монголия? Монголы поставили нам коней и полушубки. Ты видел, Костя, в советских кинофильмах, как красноармейцы в красивых тёплых дублёнках, помогаемые генералом Морозом, громят гитлеровцев, мёрзнущих в суконных шинелишках? Это были монгольские полушубки, Костя. А ты считаешь монголов врагами.

А может ты не монголов, а российских татар считаешь «семенем орды», которое тебя точит? Ты, наверное, как-то пропустил этот исторический момент, Костя, но русские с татарами давно стали не то чтобы «братьями», как со славянами-украинцами и со славянами-белорусами, а просто одним народом? Тебя тревожат, Костя, фамилии Кара-Мурза, Зарифуллин, Абузяров? Эти русские писатели, они — семя орды? Они тебя точат, Костя? Может, Витя Цой тебя тоже точил? Фамилия у него была странная, нерусская. Не иначе как с ордой пришёл на твою светлую Русь.

Ты поёшь: «нас гнёт ярмо бусурман». Бусурмане — это мусульмане, Костя, я знаю. И все знают. Тебя гнёт ярмо мусульман? В чём это выражается? Россию захватил ИГИЛ? Ты платишь джизью? Джизья, Костя, это такой специальный налог на немусульман. В мусульманских халифатах немусульмане были обязаны платить джизью. В Средние Века это было довольно демократично и прогрессивно. Это была своеобразная «свобода совести» — плати джизью и можешь исповедовать любую религию или не исповедовать никакой. В то же самое время за малейшие отклонения от канона христиане жгли друг друга на кострах. Так что это было нормально.

Но сейчас это дикость. Сейчас человек по умолчанию свободен от догматов официальной конфессии, будь то ислам, марксизм или православие. Человек может свободно исповедовать любую веру или философию. И не обязан никому давать отчёт. Мы думали, Костя, что ты и другие рок-звёзды это имели в виду, когда протестовали против культурного и идеологического однообразия в СССР. А оказалось, что ты имел в виду — каждый должен быть не коммунистом, а православным нацистом. Ты это имел в виду, Костя? Тогда я не думаю, так же, как ты. Мы уже не вместе, Костя. Тогда я лучше останусь коммунистом.

И я сейчас думаю, Костя, что, может быть СССР был прав, когда не давал вам, рокерам, развернуться. Потому что вы все как один «наркоманы, педерасты, нацисты, шпана». Извини, Костя, это цитата из твоей песни. Выходит, КГБ уже тогда знал, что ты нацист? Тогда, может, правильно, что твои концерты немножко запрещали? Конечно, запреты — не метод. Но ведь и нацизм тоже не панацея.

Теперь вдруг внезапно оказалось, что тебя гнёт ярмо мусульман. Скажи, Костя, какие-то азербайджанцы-рэкетиры обложили тебя данью? Ты хочешь перекрышеваться под своих, славянских рэкетиров? Ну, не обязательно об этом петь. Вообще, рэкет — это противозаконно. Это можно остановить законными методами. А если ты имеешь в виду налоги, так ведь часть налогов, собираемых в России, идёт на борьбу с ИГИЛ в Сирии. На дальних подступах. На чужой земле. Нет, Костя, ИГИЛ не завоевал Россию, ты что-то напутал.

Ты поёшь: «от чудских берегов до ледяной Колымы, всё это наша земля». Всё это славянская земля, ты говоришь. Твоя земля. А где моя земля, Костя? Куда она подевалась? Где земля Зарифуллина, Абузярова, Кара-Мурзы и Айрапетяна? Где земля русского писателя и филолога Аствацатурова, внука академика Жирмунского, и самого Жирмунского где земля? Где земли целых народов, которые веками жили на просторах от Чудских берегов до ледяной Колымы? Ты знаешь, Костя, что «Чудскими» эти берега называли от того, что жила там «чудь» — неславянское племя? Где земля карелов, чувашей, мари, прочих финских, угорских, уральских, сибирских, тюркских народов? Или ты решил поступить со всеми народами, населяющими Россию, как американцы поступили с индейцами — убить и занять их земли? Но разве не мы всегда гордились тем, что мы — не такие?

Ты говоришь, Костя, что это всё только ваша земля и что над ней — «небо славян». А где наша земля, Костя? Где наше небо? А у нас ведь даже общий бог был — Тенгри. Бог-Синее-Небо, бог небесной орды. А ты говоришь, что это небо принадлежит одним славянам. Готы, скандинавы, аланы, скифы смотрят на тебя с небес, Костя. И говорят: в небе нет границ, Костя. Небо принадлежит всем. И ты сам это узнаешь. Но лучше, если не скоро. Потому что тебе ещё многое предстоит понять на земле. Ты ещё не готов.

Я вот что недавно узнал, Костя. Что ты отказался ехать на Донбасс и поддержать «Русский мир». Ты не поехал, а Кобзон поехал. Помнишь, ты пел про «и каждый в душе Сид Вишез, а на деле Иосиф Кобзон». Предполагалось, что Кобзон — это плохо. Потому что он «советский». А Кобзон взял и поехал на Донбасс. Наверное, потому, что советский. А ты не поехал. Потому что ты расово чистый славянин. Не думаю, что ты струсил. Ты вроде никогда не был трусом. Скорее, ты почувствовал, что киевская хунта тебе ближе по крови. У них там тоже в венах «небо славян», и знаки «солнца» на рукавах батальона «Айдар». А этот «Русский мир» — он какой-то неславянский. Расово нечистый какой-то.

Ещё я слышал, что против тебя где-то открыли дело по статье 282 за разжигание национальной розни. Я против того, чтобы тебя привлекали по 282-й. Я вообще против того, чтобы наших культурных нацистов судили по статьям. Это делает из них «мучеников». Да и не решишь проблему запретами. И судами. А просто надо чтобы ты сам, Костя, понял. И твои слушатели. Что это мерзко: делить людей по национальностям. Говорить — это моё и то моё же. Неприлично это, стучать себя пятками в грудь, звеня медалями чистопородного славянства или чеченства, или татарства, или чего угодно. Это всё равно что в театре громко испортить воздух. Всем неприятно и стыдно за тебя, Костя.

Так что, давай, Костя. Живи. Дыши. Моим воздухом, моим небом — мне не жалко, я разрешаю. И пиши ещё. Только пиши лучше. Добрее.

Текст: ]]>Герман Садулаев]]>