Смешанных граждан не бывает

16.11.2012
Смешанных граждан не бывает

Что бы и кто бы ни говорил, смешанные браки были, есть и будут в нашем стремительно меняющемся мире. Будут появляться на свет и дети от этих браков. И это хорошо, это здорово. Но, к сожалению, в ХХI веке в нашем великом и могучем государстве так считают не все. Есть люди, которые с лютой ненавистью и массовым психозом кликуш предостерегают граждан титульной нации (т. е. «чисто русских») от появления таких детишек. Это неонацисты всех мастей, неопатриоты и пр. Ссылаясь на свое толкование генетики, мировую истории, религии, они убеждают российский народ «не портить кровь нации», «не разрушать генофонд», «не впадать в грех». Эти мрачные, пропитанные нафталином и поросшие плесенью идеи хорошо известны большинству умеющих и желающих думать сознательных россиян. И сегодня они не заслуживают нашего внимания. Тем не менее, эта тема актуальна, ее нельзя игнорировать.

Прежде всего, надо иметь в виду совершенно разное происхождение детей от смешанных браков. Во-первых, это дети от браков россиян (чаще россиянок) и иностранцев, официальные или неофициальные. Среди них браки с европейцами, американцами, австралийцами, новозеландцами и т. п. Это браки с африканцами или азиатами. Нередки браки с гражданами среднеазиатских и закавказских стран — бывшими нашими братьями по СССР. Особая тема — браки с гражданами нашей страны другой национальности: русского (или русской) с татаркой (или татарином), русского (или русской) с осетинкой (осетином), русского (или русской) с чеченкой (или чеченцем), русского (или русской) с еврейкой (или евреем) и т. д.

У детей от смешанных браков разная социальная история: это может быть устойчивый, гармоничный смешанный брак, дети живут в полной семье. Брак может быть неблагополучным: дети подолгу не видят одного из родителей, могут внезапно перебрасываться на родину одного из них без учета желания детей, без учета их обстоятельств (состояния здоровья, проблем с учебой и т. д.). Дети от смешанных браков иногда воспитываются одинокими родителями (чаще — матерями).

И у детей от смешанных браков, и у их родителей, проблемы могут быть самые разные — как и у прочих детей и родителей. В каждом случае имеет место своя уникальная история появления таких детей на свет, своя уникальная судьба.

Когда на телеэкранах разгорается очередной международный скандал о судьбе ребенка, мать которого россиянка, а отец иностранец (финн, швед, француз или американец), то это всегда печальная история. Российская женщина хотела устроить свою счастливую жизнь на Западе с надежным иностранцем. Потом что-то не заладилось, а заложником их спора стал ребенок, которого родители по очереди выкрадывают друг у друга. Страна, безусловно, защищает право на ребенка именно своего гражданина. А страдают при этом всегда дети.

Но в целом таких драм значительно меньше, чем положительных исходов для детей от смешанных браков с иностранцами. В реальной жизни специалисты, например, психологи, сталкиваются с семьями (полными или неполными), которые стабильно проживают в России, испытывая на себе все тягости и радости среднестатистического россиянина. К ним мы сейчас и перейдем.

Жизнь детей от смешанных браков нуждается в научных исследованиях, но тема эта очень тонкая: важно не обидеть ребенка и его родителей, не нарушить права человека. Когда люди обращаются за помощью, психологи, психотерапевты, семейные консультанты просто не могут, будучи профессионалами, не учитывать особенности семьи в ситуации смешанных браков.

Одним из самых убежденных врачей психотерапевтов, призывающих обязательно учитывать национальные, культурные и религиозные причины человеческих страданий, равно как и достижений, является доктор медицины из Германии, иранец по происхождению, Носсрат Пезешкиан. Этот доктор вместе со своей семьей, будучи приверженцем новой интернациональной религии бахаизма, в свое время бежал от преследований исламского режима в Иране. Германия стала его новой родиной. Именно в Германии он смог создать новое направление в медицине — позитивную, основанную на всем положительном в человеке, психотерапию. Его идеи интеграции и различия в культурно-религиозной жизни людей разных национальностей нашли поддержку в Германии и за ее пределами. С его опытом работы хорошо знакомы и многие специалисты в России. Это радует.

Очень важное значение имеет опыт педагогов школ, в которых все больше и больше вместе с местными детьми обучаются дети трудовых мигрантов. Возникают школы с национальными классами, чисто национальные школы, особенно в них много детей от смешанных браков. Вопрос в другом: насколько, обучая и воспитывая своих учеников из смешанных семей, учителя желают вникать в такую деликатную сферу, как национальность? Часто и не вникают — до тех пор, пока какие-либо серьезные проблемы детей внезапно не связываются с национальным фактором. К сожалению, также мало вникают в такие тонкости и врачи психопатологи, даже те из них, кто знаком с творчеством доктора Пезешкиана. Тем не менее, какой-то опыт есть, и это уже немало.

Специалисты сталкиваются с проблемами (поведенческими, связанными с психическим здоровьем) детей от смешанных браков в школе, в семье. Например: определенное значение для воспитания детей имеют разные взгляды родителей: культурные (традиции), религиозные (что велит религия), национальные (общенациональные убеждения, мифы, предрассудки). В чем это конкретно проявляется? Наказывать — не наказывать, поощрять — не поощрять, держать в строгости или все разрешать, сдерживать агрессию ребенка или учить нападать. Из-за этих различий могут конфликтовать родители. А ребенок не может определиться, чью сторону взять. Из-за этого он нервничает. Часто возникает осознание национальности одного из родителей как «плохой». В результате дети начинают стыдиться своей второй национальности и часто ее всячески скрывают. Порой этому способствует то, что сами родители стесняются своей «нерусской» национальности.

Многие из таких «стеснительных» родителей у меня на приеме, сообщая свои имя и отчество, заменяют их на близкие русские имена. Например, Рамзан Абдурахманович заменяется на Романа Андреевича. Мотивируется это тем, что «вы все равно не произнесете», «так легче» и т. п. Бывает, что переживание детьми от смешанных браков своей этнической «неполноценности» доходит до уровня глубокого невроза. На вопрос специалиста о том, откуда приехали твои родители, следует раздражительный, озлобленный ответ: «Я русский». Выясняется, что этих детей одноклассники дразнили из-за нерусской фамилии или отчества, интересовались, русские они или нет. Поэтому они больше всего боятся быть «нерусскими» не только в глазах своих товарищей, но, что ужасно, и в собственных глазах.

Самым тяжелым следствием эмоциональных и поведенческих нарушений у таких детей является их агрессия. Чаще — групповая, направленная, в первую очередь, на детей трудовых мигрантов. Такой жуткой ценой «полукровки» готовы публично убедить своих русских одноклассников в своей «русскости». Одна мать 14-летнего подростка, причастного к коллективному избиению грузинского мальчика, сетовала: «Откуда у него такие националистические взгляды? Он же знает, что в наших с отцом родословных кого только не было: и евреи, и армяне, и даже цыгане».

В молодости от некоторых умных и уважаемых мною людей я часто слышал мнение, что иногда самыми сильными антисемитами (людьми, которые ненавидят евреев) бывают евреи- полукровки. Как известно, некоторые немецкие нацисты, уничтожавшие евреев, были еврейского происхождения. К сожалению, позже я убедился, что зачастую это мнение о полукровках справедливо и в отношении любой другой национальности.

В истории мировой психологии драма национальной идентичности связана с величайшим ученым, психологом Эриком Эриксоном. Его мать была немка, а отец — немецкий еврей. Дело происходило в 1920-30-х годах. Своей еврейской половинки он всегда стеснялся, и только после смерти отца избавился от подобных переживаний. Мать повторно вышла замуж за датчанина Эриксона. Юный Эрик взял фамилию отчима — так он решил свою проблему с национальной идентичностью. Кто-то скажет: «Какой ушлый, фактически, он предал своего отца». Но ведь это мучило его всю жизнь.

Необходимо заниматься профилактикой подобных проблем. Надо помочь ребенку быть гордым за свою национальность; культурно и религиозно просвещать детей; воспитывать у детей толерантность; обучать ребенка языкам обоих родителей; своевременно помогать детям во всех вопросах, связанным с их национальной принадлежностью, ничего не утаивать, ко всему относиться серьезно.

Трудно и семьям, где визуальные меньшинства — приемные или опекаемые дети. В моей практике был такой случай: одна амбициозная русская мать-одиночка, усыновив африканского мальчика, до 18 лет не отпускала его от себя, даже обучала его не в школе, а на дому, запрещала общаться со сверстниками. Мотивировала она это страхом, что на ее сына нападут скинхэды. Мальчик вырос, вырвался на волю, грубо понося за изуродованное детство свою спасительницу.

К счастью, проблемы детей от смешанных браков довольно редки в сравнении с большинством счастливых союзов, умных матерей-одиночек, создающих полноценную жизнь для своего горячо любимого потомства и уважительно относящихся к биологическим нерусским отцам, оставившим их. Очень хочется надеяться на то, что со временем эта проблема для России будет столь же неактуальна, как неактуальна она в западных странах.

В сокращении.

Текст: Илья Бердышев
Источник: ]]>Антидискриминационный центр «Мемориал»]]>