Change.org: важны действия офлайн

Change.org: важны действия офлайн

Ежемесячно россияне начинают сотни петиций. Подобные кампании становятся все более популярными в России. О развивающейся тенденции рассказывает координатором кампаний в Восточной Европе и Центральной Азии платформы «Change.org» Дмитрием Савеловым.

— Как давно была основана платформа?

— Проект был запущен Бэном Рэттрэем и Марком Димасом в 2007 году, и три года проработал как блог о правах человека и социальной несправедливости. Но к 2010 году стало понятно, что такой формат устарел и уже не был эффективен. Именно тогда и родилась идея change.org как платформы для онлайн-петиций.

— В какой стране активнее всего пользуются платформой?

— Трудно сказать. Наша команда работет в 18 странах мира, и во всех странах пользователи платформы очень активны. К примеру, только на прошлой неделе более 600 тысяч тайцев выступили против поправок к закону об амнистии, которые они считают несправедливыми. В Италии более 95 тысяч человек добились запрета на въезд круизных кораблей в Венецию, т. к. они грозили разрушением основы этого хрупкого города. А в США 250 тысяч человек на прошлой неделе выступили в защиту девушки, не по своей воле ставшей секс-рабыней и убившей, самообороняясь, своего «хозяина». Благодаря петиции, ее дело и пожизненный срок было решено пересмотреть.

— Активно ли пользуются «Change.org» россияне?

— В России на данный момент у нас 1,5 миллиона пользователей, и это число постоянно растет. Для сравнения по всему миру на данный момент «Change.org» пользуются более 45 миллионов человек.

— Какие запросы обычно пишут в России?

— Каждый месяц россияне начинают сотни петиций. Темы и проблемы, поднятые в них, совершенно разные. Но последнее время очень много людей создают петиции по ремонту дорог в своих городах, против строительства заводов, отравляющих воздух и воду, против отравления собак и кошек по всей России, в защиту парков и лесов, которые вырубают для строительства дорог и зданий. Очень много кампаний в этом году было связано с реформой образования: у нас появилось сотни петиций за сохранение факультетов, университетов, школ и так далее. Конечно же, очень много петиций также посвящены вопросам прав человека в России: о правах осужденных, о справедливости объявленных приговоров, в защиту представителей ЛГБТ и др.

— Сколько подписей необходимо собрать под каждой петицией? И что происходит дальше, когда под той или иной петицией подписывается необходимое количество человек?

— Я всегда подчеркиваю, что сколько человек подпишет петицию — это, конечно, важно, но еще важнее то, какие действия предпримут эти люди, чтобы победить. Для эффективности той или иной кампании очень важно, как вместе работают люди, которые хотят осуществить перемены. Именно поэтому мы всегда советуем авторам петиций связываться с подписчиками петиции, организовывать онлайн и офлайн акции для того, чтобы оказать дополнительное давление на адресатов. Попросить всех подписавших петицию людей отправить сообщение через Интернет-приемную или позвонить в определенный день адресату и потребовать решить вопрос. Есть примеры петиций, которые победили всего с несколькими сотнями подписавших петицию людей. И это лишь потому, что эти люди активно работали вместе для решения важной для них проблемы. В основном, собрав желаемое количество подписей (каждый автор сам определяет, сколько подписей он хотел бы собрать), авторы петиции распечатывают петицию и пытаются передать ее лично в руки адресатам. Очень часто это делается вместе с журналистами, которые помогают зафиксировать этот момент и рассказать большему количеству людей о ситуации.

— Как Вы думаете, существует ли фактор страха, который останавливает людей от подписания петиции?

— Я думаю, что у некоторых есть. Но это вопрос, который касается в принципе страха предъявления и защиты своей позиции в любой форме по какому-либо вопросу. А судя по быстрому росту сообщества «Change.org» в России можно убедиться, что людей, готовых публично выступить в защиту своих прав и в интересах позитивных перемен все-таки очень-очень много. С нашей стороны, мы, конечно же, делаем все возможное, чтобы обеспечить максимальную защиту данных наших пользователей.

— Вы приводили пример с девушкой, которую защитили от смертной казни ее соотечественники, написавшие петицию. Возможно ли это в России?

— На «Change. org» очень много кампаний как раз по этому вопросу. Очень много случаев, когда десятки тысяч человек требуют пересмотра дела. Из последних кампаний, например, петиция Петра Фарбера по делу его отца Ильи Фарбера, которую подписали 35 тысяч человек. Все известные нам кампании до сих пор еще идут. Опять же, мы непосредственно помогаем очень маленькому количеству петиций. Но мы надеемся, что авторы этих кампаний победят. Может быть, тут будет уместно привести пример еще одной недавней петиции, которая победила: кампания в поддержку требований Надежды Толоконниковой о переводе ее в другую колонию. Ее поддержали почти 60 тысяч человек. Конечно, ситуация вокруг этой истории непростая, но по сути ее требование о переводе было услышано. Автор этой петиции продолжает работу над кампанией. Тем самым он держит руку на пульсе у 60 тысяч человек, которые готовы действовать в любой момент — и это уникальный ресурс.

Текст: Юлия Изосимова
Источник: ]]>Metro]]>